Куруфинве Феанаро
голову сломя из огня да в полымя
Кукумбер, одетый в одни лишь штаны и майку-алкоголичку, стирал свои пожитки в тазу. Рядом на сушилке уже сохли его плащ, кафтан, носки и сапоги, а в тазу полоскалась рубаха. Кукумбер был задумчив и рассеянно бултыхал свои вещи (исключительно ручная стирка!), изредка поправляя штору, чтобы избежать попадания на него солнечных лучей. Если такое происходило, то кожа Кукумбера начинала сиять, словно ее кто-то щедро посыпал блестками.
С легким гулом сработало заклинание входа и в квартиру ввалилась Нина - собственно, это и была ее квартира, а Кукумбер здесь лишь временно кантовался, пока не обоснуется в Городе.
- О! Все еще стираешь? - удивленно спросила вампирша.
Дело было в том, что когда она уходила, Кукумбер только принимался за стирку, собираясь отправиться на поиски если не работы, то какого-нибудь полезного занятия.
- Я уже по второму кругу пошел, - ответил Кукумбер. порыв ветра из раскрытого окна качнул штору, и Кукумбер воссиял под лучами солнца.
- А это еще что? - обалдела Нина.
- А это побочка от какого-то заклинания, - отвечал ей Кукумбер. - И самое плохое, что я даже не знаю, от какого, там их столько было... Но нет худа без добра, - Кукумбер потянулся к своему кафтану и извлек из кармана небольшую, сияющую фианитами и чешским стеклом корону. - Я теперь новонареченный король гомов. Осталось понять только, это ориентация или национальность.
***
Душный и томный вечер только вступал в свои права, когда Кукумбер вышел из дома, поправляя свежевыстиранный темно-синий кафтан. Его целью было прогуляться по злачным местам, выяснить, чем дышит криминальная изнанка и вообще прощупать почву и понять, что тут к чему.
Он шел неторопливо, наслаждаясь вечером, когда из переулка вылетела толпа студентов какого-то магического ПТУ, весело перебрасываясь заклинаниям. И Кукумбер угодил в самую гущу их. В него одновременно ударило несколько заклятий, а рядом кто-то сказал:
- Ой! Извините ...
Толпа быстро приняла организованный вид, перед Кукумбером наперебой извинялись, но сделать ничего не могли - сработало сочетание нескольких заклятий. Недомогания Кукумбер не чувствовал, и даже более того - он перестал чувствовать дискомфорт от изредка попадающих на него солнечных лучей. Но взамен на солнце он сиял, как лавка дешевой бижутерии.
***
- Да, не повезло тебе, - прокомментировала Нина. - А к гомам-то тебя как занесло?
- Точно так же, случайно, - ответил Кукумбер.
***
Распрощавшись с ПТУшниками, вампир двинулся дальше, обдумывая плюсы и минусы своего нового состояния. В конце концов, оно могло быть и временным, а на свету он и так не показывается - чего тут переживать?
И угораздило его выбраться с темных уютных улиц на широкий проспект, где как раз проходил гом-парад, совмещенный с забастовкой. Множество гомов несли транспаранты, выкрикивали лозунги, улыбались мимокрокодилам и отправляли воздушные поцелуи. Кто-то кутался в леопардовые ватники, кто-то в латексные телогрейки, но большинство щеголяли футболками с радужным флагом и надписями типа «Ты меня уважаешь?».
- Даешь гомскую свободу! - скандировали они.
Кукумбер застыл, с интересом их разглядывая и недоумевая, кто же лишает их свобод? Несколько человек попытались затянуть его в парад, Кукумбер ответил отказом, и тут солнце вышло из-за домов, посылая прощальный золотой луч прямо ему в лицо. Кукумбер воссиял серебристо, а гомий парад притормозил.
- Это он! - разнеслись шепотки по толпе, и Кукумбер непроизвольно вздрогнул, заслоняясь рукой от солнца. - А во лбу звезда горит! А на щеках стразы! А на жопе сверхновая, а в жопе...
- Фонариик! - пискнул кто-то фальцетом.
- Король гомов сошел к нам, как и было обещано, чтобы повести нас к свободе! - провозгласил старик в радужном ватнике
- Одет он как-то не так, - попробовал было возмутиться один гом, но на него зашикали:
- Кафтан, рубаха декольтированная... наш он, хуле ты пиздишь?
Кукумбер чутко реагировал на чужое поклонение, а потому позволил втянуть себя в толпу к старику в радужном ватнике. Седая борода старика была выкрашена рыжими перьями, виски были выбриты, а под ватником и художественно растянутой футболкой проглядывало крепкое от неустанного труда тело.
- Меня зовут Измаил, - сообщил старик Кукумберу. - Я Главный Пророк. Или Главный Механик, по ситуации.
- Приятно, - ответил Кукумбер. - Меня зовут Кукумбер, я тут недавно.
- Слышите! - заорал Пророк. - Он явился к нам из мира тьмы, чтобы ввести нас в блеск и величие... - он подхватил Кукумбера под локоть и прошептал:
- Чудо явить сможешь?
- Например? - негромко спросил Кукумбер.
- Что-нибудь яркое и блестящее, - ответил Измаил.
Если бы Кукумбер был магом, он бы легко решил эту проблему, но он-то был вампиром. Превратиться в летучую мышь? Запросто. Рассыпаться туманом? Легко? Загипнотизировать толпу людей... Кстати, неплохая идея.
- Внемлите мне, - голоса Кукумбер не повышал, но гомон толпы стал утихать, а на него, с вцепившимся в него пророком, стали оборачиваться. - Откройте свои глаза! Увидьте мир вокруг себя, и он воссияет!
- Я вижу это! - донесся экзальтированный визгливый голос откуда-то с периферии парада. - Сияние! Оно везде!
- Не переборщи, - шепнул ему Пророк.
- Кого ты учишь, - уголком рта ответил Кукумбер, и продолжил в полный голос:
- Ваша свобода внутри вас, и все что вам нужно - лишь взять то, что принадлежит вам по праву. Оглянитесь!..
Ему уже приходилось сталкиваться с массовым гипнозом, но обычно-то он кастовал не радуги и блестки, а туман, тьму, и холодные прикосновения, хватающие за руки и шею. Было бы гомов побольше - Кукумбер бы точно налажал, и он почти был уверен, что дальние ряды нифига не загипнотизированы, как, кстати, и Пророк, клещом вцепившийся в его руку.
- Веди нас! - потребовали гомы.
Измаил наконец отпустил Кукумбера, извлек из глубин ватника блестящую корону, до ужаса похожую на корону какой-нибудь мисс Вселенная, и торжественно водрузил ее на голову вампира. Тот выдохнул - все-таки держать такую толпу было нелегко, а сейчас чудо как бы уже закончилось.
- Отныне ты - наш король, - торжественно сказал Пророк.
- К ратуше! - завопил кто-то. - Поборемся за права гомов там!
- Да-а-а! - подхватили прочие, и толпа двинулась дальше по улице, славя своего новоявленного короля, явившего им серебристое сияние отовсюду, и требуя прав, свобод, повышенной пенсии, новых дорог и Кукумбера в мэры...
***
- Че, серьезно? - не поверила Нина. - Гомы прямо так взяли и признали тебя королем?
- Ну и я не лыком шит, - обиделся Кукумбер. - Хочешь почувствовать себя маленьким мальчиком? Я могу.
- Не надо, - со смешком ответила Нина. - А то еще начну фанфики писать... - Кукумбер явно не понял прикола с фанфиками и она продолжила:
- Что-то подозрительный какой-то этот Измаил...
- А он меня потом вызвал на разговор, - продолжил Кукумбер. - После мэрии. Я потому и стираюсь опять... - он посмотрел на буро-мыльную водицу в тазу. - До чего хитрожопый этот пророк оказался...
***
Неудивительно было, что их сначала не захотели пускать, но потом кое-как пробились трое: Пророк, Кукумбер и глава гомьего профсоюза.
Поднявшись на последний этаж, они оказались в приемной мэра, где, опершись на массивный стол не менее массивной филейной частью стояла девушка невиданной красоты, и явно ожидала посетителей, уперев руки в бока.
"Девушка... симпатичная... Какая приятная встреча!" - подумал Кукумбер, автоматически выступая вперед. Глаза незнакомки были густо подведены, длинные шикарные волосы спускались гораздо ниже талии, а облачена она была в строгий брючный костюм, заманчиво обтягивающий ее округлости, и босоножки на высоченных каблуках - в таких у шестов танцевать, а не в офисе сидеть.
Определив Кукумбера, как главного, девушка обратилась к нему. Голос у нее оказался очень неприятный: высокий, подлаивающий - с разбега было даже не определить, кому он может принадлежать, мужчине или женщине.
- Мэр не принимает! - сразу сказала она.
- Здравствуйте, - сказал Кукумбер мягко. - Почему же он не принимает. Приемные часы говорят, что у него сейчас самый разгар работы.
- Он занят! - отрезала девушка.
- Ради нас можно бросить свои занятия, - возразил Кукумбер, прибавляя к этому гипнотическое воздействие. Девушка замерла ненадолго, чуть приоткрыв свой аккуратный маленький рот, но потом очнулась, и, хмуря брови, спросила:
- И как же вас представить мэру?
- Как его преемника, - ответил Кукумбер. Девушка усмехнулась и, процокав на каблуках к интеркому, нажала на кнопку и сказала:
- Господин мэр, к вам... претенденты.
- Спасибо, Бугогас, - прошуршал динамик. - Я сейчас выйду.
Мэр ждал увидеть кого-то серьезного. Главу концерна, представителя родовитой аристократической семьи - кто еще обычно решает заняться политикой? Вместо этого его глазам предстал какой-то блядский цирк, и мэру стоило больших усилий не рассмеяться. Долговязый мужик в блестящей короне, известный баламут - гом Измаил и глава гомьего профсоюза, жалкая личность. Все они были обильно присыпаны блестками и конфетти - на гомьем параде хлопушки грохотали не переставая, осыпая окружающих своим содержимым.
- Мне очень приятно и радостно, что вы желаете принимать активное участие в жизни нашего Города, работать ему на пользу... но спешу вас огорчить, ближайшие выборы - через пятьсот лет, а что касается профсоюза... Бугогас, когда у нас ближайшее заседание?
- В четверг, - шустро ответила девушка. - При соблюдении необходимых метеорологических условий.
- Вот, - сказал мэр. - Вас, уважаемый, - обратился он к главе профсоюза, - я выслушаю там и только там, никаких встреч в другое время. Вас, - он посмотрел на Измаила, - не знаю, что сюда принесло. А вас, - он перевел взгляд на Кукумбера, - я вообще не имею чести знать.
- Я в городе новенький, - ответил Кукумбер, - но вы не беспокойтесь, очень скоро вы обо мне узнаете.
- Искренне надеюсь, что исключительно в положительном ключе, - ответил мэр. - Регистрацию постоянную уже оформили? Без нее вам в политику никак.
- Что ты такое несешь перед королем, собака! - вдруг рявкнул Измаил. - Поганая нежить! Только о своих и думаешь!.. - Кукумберу в этот момент стало очень неудобно, ведь он тоже относился к "поганой нежити". - А до прочих тебе дела нет! Вот человек, который готов в лепешку разбиться для народа, - Измаил указал на Кукумбера. - А не ты!
- Бугогас, проводи пожалуйста уважаемых господ к выходу, - попросил мэр. - И охрану позови, если они будут с этим несогласны. А мне пора.
- Да, действительно, - Кукумбер поправил корону и развернулся. - Вы, мэр, занятой человек, очень вас понимаю. Вам еще столько всего надо успеть: дела сдавать - это не шутка. Но я верю, что у вас все получится... Идемте, друзья, - Кукумбер первый проследовал к выходу, но остановился у дверей, обернувшись на Бугогас(а). - После вас, госпожа.
- Господин, - сухо ответил Бугогас. - Я - мужчина.
- Тем не менее, - не растерялся Кукумбер, - после вас.
Бугогас процокал своими каблучищами по полу, вышел, и за ним потянулись все остальные. А мэр, поглядев им вслед, покачал головой, хихикая, и вернулся в свой кабинет.
На улице гомы высказывали несогласие с решениями мэра, клеймили его поганой нежитью, а кто-то вообще предлагал идти в Крипту, пока еще солнце не зашло, писать нехорошие слова на домах.
- Друзья мои! - воззвал Кукумбер. - Я прошу вас остановиться! Разве должны многие отвечать за деяния одного? Разве нет среди вампиров гомов, - Кукумбер понятия не имел, есть ли, и вообще чем гомы отличаются от людей, но понадеялся на интуицию, - или им сочувствующих? Нет, мы не враждовать должны, а объединиться. Этому городу нужна свежая кровь! - провозгласил он во весь голос. - Во всех смыслах! Это не демократия - править по 500 лет! Даешь честные выборы! Даешь равные возможности! Ура, товарищи!
- Ура! - подхватили гомы и некоторые заинтересовавшиеся прохожие. Бугогас со ступеней мэрии со скрытым интересом наблюдал за ораторствующим Кукумбером, и не он один. Измаил тоже наблюдал за вампиром.

@темы: Зарисовки, спин-оффы, флешбэки, Кукумбер, Мэри Сьи, Нина Щекочихина-Крестовоздвиженская, джен, юмор