Куруфинве Феанаро
голову сломя из огня да в полымя
Ситуация из катастрофической превратилась в отчаянную превратилась за считанные минуты. Если на подходах к Крипте Айнарэ надеялся на... чудо, наверное, то стоило сбежать вниз, на первый ярус легендарных и овеянных мрачной славной городских подземелий, то весь ужас произошедшего буквально обрушился на плечи.
Маньяк не просто уволок свою жертву в укромный угол. Нет, одним укромным углом тут не обошлось - не иначе, настоящую подземную крепость себе отгрохал! И ведь не побоялся же... Даже на первом ярусе опасность дышала из всех стен и холодно смотрела в спину из темноты извилистых переходов. И если маньяк обустроился здесь по трезвому размышлению, а не по стечению обстоятельств и желанию левой пятки с глубочайшего похмелья, то шансов на удачный... хотя бы для участников спасательной операции удачный! - исход попросту не было.
Когда Нина сказала, что их от Вайрэ отделяют считанные метры, но вот как их преодолеть - тот еще вопрос, Айнарэ отстраненно подумал, что если они не успеют... если будет слишком поздно... То - маньяк захлебнется собственной кровью. Хорошо захлебнется. Так, что поседеет от ужаса, прежде чем его мертвое тело обмякнет. Ни один палач не сравнится в искусстве изощренных пыток с врачом - и плевать на откат за нарушенную медицинскую Клятву!
Но - это потом. Сейчас, даже без всех амулетов связи, Айнарэ откуда-то знал, что брат еще жив. Не сказать - здоров, но жив.
"Вот и живи! Приду - сам убью!" - холодно подумал Айнарэ, оглядываясь и едва ли вслушиваясь в разговоры спутников. - "Слышишь? Выживи!"
Сознание все-таки выхватило название нужного места - гробница Катрины. А у маньяка губа не дура, однако! Поговаривали, что Катрина была красоты необычайной, да вот однажды ночью попросту взяла и перерезала всю свою семью. После чего отравилась сама. Что произошло и почему так случилось - до сих пор никто не знал, только выяснили, что история эта крайне запутанная, противоречивая и темная. По одной из версий Катрина отомстила семье за издевательства над ней, по другой - Катрину попросту подставили, по третьей - Катрина и была одним из знаменитых Городских маньяков своего времени, известным под кличкой "Маска". Иные и вовсе поговаривали, что дом Катрины, когда-то стоявший где-то в Крипте, сам по себе был местом жутким и странным, чуть ли не гости снизу наведывались. Вот и случилась кровавая развязка. Да еще вот сам дом очень быстро снесли, подозрительно как-то!..
Но в городском фольклоре Катрина прочно заняла место покровительниц юных дев и, по поверьям, защищала от подземной нечисти. Насколько справедливы были эти утверждения - вопрос спорный, но в Катрину верило подавляющее большинство горожан, как среди эксцентричных гомов, так и среди высокопарных эльфов.

Значит, гробница Катрины... Что ж, место им известно, но - как туда попасть?!

оОо

Джун бежал за остальными, крепко сжимая в ладони кристалл связи. Детектив Ди передала, что несколько отрядов выдвинулись к Крипте. Кажется, они даже запросили у мэра разрешение об оцеплении всего района.
Только бы успеть!
Знакомый Нины уверенно вел их по переулкам, а затем, зайдя в какой-то дом, провёл и в подземелье. Но, увы. Охрениэль был рядом, но из этого подземелья добраться до него не было возможности. Придётся искать другой путь.

оОо

Нина со все нарастающим удивлением выслушивала объяснения Эсти, понимая, что ни черта она по ним не найдет и вообще, она бы до родного Храма дорогу не нашла с таким маршрутом. Примерно на третьем описании группы деревьев, у которой нужно повернуть и как не перепутать ее с другой, похожей, она попросту тряхнула головой и мрачно уставилась на проводника.
-Эс...Эстебан! - ради такого случая даже стоило назвать его полным именем. - Я ни черта не поняла, а время драгоценно. Проведи нас туда.
-Никуда я вас не поведу, у меня дела и я предупреждал об этом.
Нина вдохнула и выдохнула, успокаиваясь.
-Ладно, я тебе скажу, но учти, что это важная и секретная информация.
Эстебан промолчал, но очень выразительно выгнул бровь. Нина продолжила:
-Короче, там сейчас Потрошитель очередную жертву приходует. Мы тут спецоперацию проводим, его на живца ловили.
-Чего? - Эстебан сдернул с лица маску, показывая довольно молодое и миловидное лицо. - Ты не шутишь? Это сам Потрошитель?! - свои комментарии на тему представителей закона в подземье он явно предпочел придержать.
-Так ты что, знал, что тут в гробницах кто-то шляется?
-А почему не должен? Я в этих подземельях, считай, живу, а он на гробницу магических защит побольше, чем в Горе, наложил, и то и дело приводит кого-то. Хотя я думал, что он снафф снимает.
-Ну в каком-то смысле там и правда лютый снафф творится, - хмыкнула Нина. - Ну что, проведешь?
-Леди, вы умеете приводить убедительные аргументы. - Эстебан шутливо поклонился и натянул маску обратно. - За мной! Так и быть, раз уж там сам Потрошитель, то проведу.
Эстебан прекрасно ориентировался в этих практически одинаковых сырых темных проходах, которые когда-то были украшены резьбой и фресками, а теперь от былого великолепия остались только пятна на осыпавшеся штукатурке и неровности на камне. Говорили, что ниже подземелья становятся суше и сохранились лучше, говорили, что там до сих пор есть древние храмы тех богов, которым поклонялись первые поселенцы Города, говорили, что выродившиеся потомки этих поселенцев до сих пор живут там. Но сейчас компании было не до этого. Вайрэ был все ближе и вроде бы даже пока еще живым.

оОо

Запах сырости, плесени и мокрого камня на подсознательном уровне угнетал, прохладные сквозняки в затхлом воздухе навеивали неприятное ощущение замкнутости и одинокости глубоко под землей. Майлз брезгливо осматривал темные подтеки на выдолбленных в земной породе стенах и сжимался, стараясь не прикасаться ни к чему. Пещеры всегда поражали его своей загадочностью, нерукотворной красотой, но вот всякая живность в толще камня лишь отвращала. Эльфийские гены не прогуляешь, даже тут мешают наслаждаться эстетикой подземного мира. При этом Майлз даже не понимал, что большинство его спутников видят только то, что высвечивает тусклый фонарь. Ему почему-то казалось, что все люди видят в темноте так же хорошо, как он.
Странный друг Нины провел всех до одного из подземных дворцов - храма Катрины. При взгляде на это изваяние не верилось, что оно создано руками живых существ сотни, если не тысячи, лет назад. Массивные каменные двери с выдолбленными узорами в виде жестоких сцен жертвоприношений и ритуалов ужасающе нависали, будто собираясь рухнуть и раздавить непрошеных гостей. Воцарилось неуверенное молчание. Почему-то все переглядывались, никто не решался первым прорваться внутрь храма.
- И? Чего ждем? - Первым подал голос Майлз. После того, что он услышал через амулет, невозможно было просто ждать, пока все само собой решится. Как только его голос затих раздался крик. Наверняка усиленный магией, ведь сквозь такую толщу камня звуки не просачиваются. Терпение Майлза лопнуло окончательно, он рванулся на помощь, отбросив здравый смысл. Он не думал о том, что щуплый подросток никак не сможет заступиться за Вайрэ перед маньяком, желание помочь и нестерпимость чужой боли подтолкнули к безумству.
Двери распахнулись сами собой и Майлзу показалось, что за ними бездонная пропасть. Он целую вечность падал куда-то в абсолютной темноте, пока зрение его не прояснилось. Он успел услышать тысячи кричащих и шипящих голосов, обещающих расправу, а потом увидел убегающего в потайной ход преступника. Руки и одежда Майлза оказались перепачканы в крови, а на коленях, заботливо придерживаемый, лежал Вайрэ. Сперва Майлзу казалось, что он смотрит чужими глазами, что все это происходит не с ним, но потом почувствовал как слезы катятся по щекам. Выходит, это все же он сидит на полу в луже крови, уложив на колени голову Охрениэля. Рука сама собой деинулась, чтобы утереть слезы, но вместо этого размазала по лицу подернувшуюся пленкой кровь.
- Охрениэль? - Слова Майлзу давались с трудом. Он все время всхлипывал и давился. Пришлось не дозываться до эльфа, а попробовать влепить ему пощечину, потрясти за плечи, ущипнуть побольнее. Голова Вайрэ безвольно мотнулась, он не приходил в себя, и тогда Майлз уже зарыдал во весь голос. Он не хотел верить, что все закончится вот так. Из-за него пострадал другой человек. Лучше бы он не обращался к детективу, тогда Вайрэ мог остаться в живых.
- Прости... Я не знал...
Майлзу уже было все равно, что он только грязь растирает по лицу. Слезы все лились, затмевая взгляд. Руки и ноги начали трястись от страха - не перед трупом, нет, потому что худшие подозрения оказались реальностью. Майлз бы все отдал, чтобы помочь Вайрэ. И хоть он с рождения рос атеистом, сейчас Майлз молился всем известным богам лишь бы они спасли эльфа. Он бы отдал все, что угодно, только бы отмотать время назад.

оОо

Хорошая девочка.
В белом платье, с черными локонами.
Поет одну из его любимых песен.

Он тоже был хорошей девочкой. Это было очень давно, так давно, что уже с трудом удается вспомнить. Почему она так хороша, а он нет?! Убить! Разорвать! Нет никого лучше, чем он, он докажет, докажет!

Нож танцует в руках, превращая красивое эльфийское лицо в гротескную маску, а белое платье в кровавые лохмотья ткани и кожи. Нет в мире ощущения лучше, чем смотреть, как очередная тварь, которая прикидывалась хорошей девочкой, обнажает свое нутро.
Он уже готов нанести последний, смертельный удар, но...

-Ты была очень плохой девочкой! Посмотри - ты вся в крови! Маленькие леди не выглядят так, будто они только что с бойни, - шипит в ухо искаженный, но такой знакомый голос, а на плечах смыкаются ледяные ладони.
"Мама?.."

Да, это она. Черви точат ее лицо, извиваются в пустых глазницах, платье совсем истлело, но это она.

-Нет, только посмотрите, маленькая шлюха теперь благочестивый жрец! - резкий голос феечки хлещет как бич. Она сидит как живая, безупречно чистенькая и аккуратная в этой бойне. -Не забыла ли ты, Ималия, как извивалась в экстазе под похотливыми ублюдками?

"Меня зовут Виатта!" - пытается закричать в ответ он, но от страха губы дрожат, а голос не слушается. Его жертвы окружают его, смеются, тычут пальцами, пересказывают все, что он пытался забыть. Это просто какое-то безумие.

Среди смеющихся жертв неожиданно и неуместно появляется разъяренная до предела высокая женщина-нежить:
-Я СОЖРУ ТВОЮ ПЕЧЕНЬ, СУКИН ТЫ СЫН!

С трудом, будто прорываясь сквозь защитные плетения, она рвется к нему. Оцепенение наконец спадает.

Бежать отсюда, бежать!

оОо

Вот они и подошли к дверям гробницы Катрины. Компания замерла в нерешительном напряжении, прислушиваясь. Никаких звуков не доносилось. Последнее послание Вайрэ отправил пятнадцать минут назад и больше не отзывался.
- Что ж, давайте... - нервы Майлза не выдержали и он снова ломанулся вперед. Гвендолин, чертыхаясь сквозь зубы, накладывала хоть какие-то защитные чары на мальчишку и всю группу. Но сопротивления не было. Глаза девушки расширились, лопнуло стекло на одном из амулетов против воздействия на разум. Помощь не требовалось, Майлз высвободил свою способности, и враг, всхлипывая, сидел на полу и таращился в никуда. Вот она, хваленная эльфийская магия... Не успела Гвендолин выхватить пистолет, как вперед вырвалась Нина с яростным криком про печень. Такая угроза возымела на маньяка слишком благоприятное воздействие, он, шатаясь, поднялся и побежал, зажав в панике голову. Пока была возможность, Гвендолин взвела палец на курок, прицелилась и... её случайно толкнул Айнарэ, несущийся на помощь брату. Но судя по вскрику, куда-то она попала. Началась чехарда.

оОо

Сознание работало урывками. Вот они еще бегут по подземельям - и, кажется, уже мгновение спустя оскальзываются в лужах крови на полу... храма? Гробницы?.. Не имеет значения. Вокруг слишком много крови.
Они не успели.
Вырвалась вперед Нина, рванул куда-то вбок Майлз, по глазам резанула вспышка выстрела, кто-то куда-то побежал, что-то основательно грохнуло... А сам Айнарэ вдруг обнаружил себя на коленях возле того, что всего несколько часов назад было его собственным братом. Вайрэ опознавался разве что по черной встрепанной шевелюре, сейчас насквозь промокшей от крови, - настолько был изуродован.
Майлз, отчаянно всхлипывая, пытался его растормошить, дозваться, сделать ну хоть что-то - и, в конце концов, сорвался. Всплеск магии был таким сильным, что аж дыхание перехватило - и в голове как-будто что-то щелкнуло.
Пульс. Дыхание. Сердцебиение. Есть?..
ЕСТЬ!!! Не давая себе времени на удивление и надежду - экстренная диагностика повреждений. Кровопотеря, магической шок, множественные колото-резаные раны, истощение... На чем в живых держится - непонятно, но ведь держится же!
- Майлз! - севшим от напряжения голосом рявкнул Айнарэ. - Тьма знает, что ты сейчас сделал, но продолжай! Живой он, вытащим!
Вытащат. Обязательно вытащат. А потом вместе наорут, как придет в себя и передумает умирать. Так наорут, что в ушах зазвенит и все дурацкие мысли напрочь выбьет, а то ишь, удумал чего, вожжа под хвост и поминай, как звали!
Руки привычно запорхали над истерзанным телом. Уничтожить пятна и потеки крови на коже - ох ты ж, ну и месиво - ничего, и пострашнее видали - ну и рожа у тебя, братец, но теперь хоть в лицо признать можно
Что там, кровопотеря? Удивительно, но не критична.
Колото-резаные раны?.. Вот и польза от длинной одежды - есть что разодрать на бинты. До больницы продержится, а там коллеги не дадут отбыть в мир иной.
Магический шок? Вот это уже плохо. Но ничего, ничего, кроме стандартной целительской магии есть еще и магия сугубо эльфийская, хуже уже не будет, а с последствиями потом в больнице разберутся. Может, лишняя пара дней в реанимации еще и на пользу пойдет!
- Майлз, без обид, но первым я ему морду бью, - выдохнул Айнарэ, решив, что пора успокоить ребенка. И добавил уже серьезно: - Ты молодец. Спасибо. Жить будет.

оОо

Джун не любил подземелья. Темные, сырые, мрачные. Они наводили тоску и заставляли чувствовать себя неуютно, будто заглянул в подземное царство, где не было места живым. Выдолбленный в камне проход, по которому вёл их знакомый Нины, всё тянулся вперед, а в сторону от него уходили ещё более узкие коридоры. В них царили тьма и безмолвие, и нарушать их покой не каждый бы отважился.
Ворота храма-гробницы выглядели внушительно. Высокие массивные двери с жутковатыми рисунками были плотно закрыты, но ни замка, ни засова видно не было. Кто вырезал эти кошмарные сцены? Для какого народа картины кровавых жертвоприношений были священны? Существовал ли он до сих пор или сгинул во мраке? Джун моргнул. На мгновение ему показалось, что одна из кривых рож на барельефе подмигнула ему.
Майлз не стал дожидаться остальных и просто открыл ворота. Магия ударила по печати, и Джун поморщился от боли в руке. Как бы не пришлось наносить её заново, подумал он, и содрогнулся от такой заманчивой перспективы.
А потом завертелось. Кто-то что-то прокричал, Майлз и Айнарэ рванули к похожему на жертву мясника Охрениэлю, а Нина пустилась следом за ускользнувшим маньяком. Где-то рядом грохнул выстрел, и Джун, выругавшись, побежал за Ниной.
Тайный проход вывел его в огромный зал, бывший некогда естественной пещерой. По всей её ширине, от пола до потолка, тянулись колонны из черного, как сама ночь, камня. На поверхности пестрели надписи на непонятном языке и какие-то рисунки. Джун не став всматриваться и прошел дальше. В центре зала виднелся каменный алтарь и сложенные на нем черепа, кости, перья и какие-то цветные камушки. Джун оглядел зал и заметил, как в одном из проходов мелькнул край белой мантии. Недолго думая, он двинулся следом.

Тени около гробницы зашевелились и соткались в высокую человеческую фигуру. Лицо неизвестного скрывал капюшон, а тело, словно мантией, обволокла тьма.
- Значит, двое, - прошелестел в тишине его голос. - Я надеялся, что хоть ещё один заинтересуется жрецом, но нет, так нет.
Он сделал несколько странных пасов руками и удовлетворенно кивнул. Всё было готово.
- Начинаем, - сказал он и вновь исчез в тенях.
Тяжелые двери храма-гробницы захлопнулись, отрезая путь к выходу, а вокруг самого здания вспыхнули барьеры-ловушки. Тайный проход исчез, будто его и не было. Ещё один, о котором незваные гости и не подозревали, скрылся в тенях.
А на нижнем этаже вспыхнули во тьме порталы. Один, другой, третий. Из их нутра тут повылазили твари, каких мало кто видел. Уродливые подобия жизни со множеством конечностей, зубастых ртов и ненасытными утробами. Они уже учуяли добычу и ломанулись наверх, повизгивая от нетерпения.
Коридоры вне храма превратились в настоящий лабиринт. Резные арки проходов уводили во тьму, где тоннели пересекались меж собой и обрывались так же резко, как и появлялись вновь.
Давящую тишину нарушил леденящий кровь вой. Древние твари, спавшие внутри лабиринта, проснулись и жаждали крови.
Игра началась.

оОо

-Врешь, не уйдешь! - рявкнула Нина. - А ну стой гад и дать мне тебя схарчить!
Гада перспектива быть съеденным явно не вдохновляла и он побежал быстрее. К неприятному удивлению Нины, ориентировался он в подземке чертовски неплохо и весьма качественно пытался от нее оторваться. Не будь она нежитью, ему бы это уже удалось, но когда твой преследователь чует живую кровь, а ты единственное теплокровное существо достаточного размера, сбежать сложно.
-Да стой ты! Обещаю, я тебя не больно сожру!
Это предложение маньяка тоже не заинтересовало. Он резко свернул в малозаметный проход, Нина чуть не пролетела мимо, но успела среагировать.
-Ах ты гад!
Маньяк, тем временем явно начал выбиваться из сил. Нина поддала ходу.
Внутри земли что-то зашевелилось, с потолка посыпалась всякая мелкая дрянь, поднятая пыль полезла в глаза и нос. Маньяк глухо закашлялся, Нина в который раз порадовалась, что дышать ей не надо.
Маньяк, наконец, остановился.
-Ага!
-Стой! - рявкнул он. - Или взорву! - он показал ей колбу, окутанную характерным для взрывчатки краснованым ореолом.
-Дурак что ли? Обоих же похоронит, - тем не менее Нина остановилась. Многотонная громада камня над головой, которая запросто может на эту голову обрушиться по мановению руки обеседника - это очень весомый повод его не злить.
-Это не твои проблемы. Отходи. Медленно. И чтобы я видел твои руки.
Нина подчинилась, мысленно костеря себя на все корки. Ну что ей стоило потратить полчаса перед походом в полицейский участок и прихватить из дома мобильный генератор силового поля? Привыкла, что в Городе тихо, расслабилась. на Приграничье бы уже сожрали.
-Ну, отошла. Дальше что?
В ответ маньяк разжал пальцы и прыгнул в темный зев прохода у себя за спиной. Нине показалосб, что время превратилось в густой клей: вот склянка, кувыркаясь, падает вниз, в то время пока тело самой Нины распласталось в прыжке, хотя она прекрасно понимает, что безнадежно не успевает ничего поймать, вот склянка разбивается, красно-белая вспышка отпечатывается на сетчатке...
И ее нос заполняет невозможный запах, сводящий с ума. Запах пиршества. Голод тут же поднимает голову и заявляет свои права. Сопротивляться невозможно.
Очнулась Нина, когда от лужи крови осталась примерно треть. Села на пол, отплевалась от пыли и грязи. Поняла, что беглеца безнадежно упустила. И поплелась обратно к отряду с очень плохой вестью.
Она не назвала бы имени Потрошителя, но она точно знала, кто он и откуда: сожженный маг из Баддар Аг. Все вставало на свои места: умирающий, сходящий с ума от боли в медленно растворяющихся внутренностях, маг пошел на отчаянный шаг: попытаться заменить выгоревшие потроха на свежие, но что-то к него не получалось. То ли сами органы не подходили, то ли еще что, но он вышел на большую охоту. Наверное и жертв потому уродовал: злость вымещал. Странно, как он тут оказался: всей крови Баддар Аг проход в Город запрещен из-за того, что у них до сих пор практикуется кровавая магия, менталистика никак законодательно не регулируется, да еще и смертная казнь не отменена. Нелегал, похоже. Нина вздохнула. Почему проблемы вечно растут как снежный ком?!

оОо

Майлз не знал сколько времени прошло с того момента, как он ворвался в гробницу. Наверное, достаточно долго, раз благодаря магии Айнарэ тело Охрениэля успело приобрести человеческие черты. Постепенно кровавое месиво, больше походившее на фарш, подобно пазлу собиралось в целостного эльфа. Внешне Вайрэ был почти востановлен, но с первого взгляда становилось понятно, что сил Айнарэ уже не хватает, чтобы исцелить внутренние повреждения.
Майлз испытал дежавю. Он снова очнулся не в том месте, где был всего секунду назад. Всего-лишь моргнул, а когда открыл глаза, увидел больничную палату. Вся его одежда куда-то исчезла, ее заменила больничная рубашка на липучках. Из его вены в левой руке торчала канюля, подсоединенная к капельнице.
- Не переживайте, господин (и тут я понял, что у эльфов нет фамилий) Майлз. Вас и ваших спутников госпитализировали. Господин Айнарэ сейчас со своим братом, а за вами присмотрю я. Меня зовут миссис Тритмент. - Женщина в форме медсестры заботливо поправила одеяло Майлза.

оОо

Гвендолин решила, что лучшее, что она сможет сделать это остаться с братьями и Майлзом и не мешать погоне. Она подошла к тому, кто когда-то походил на живого эльфа. Черты лица были разворочены, кое-где проявлялись розоватые кости, крови уже оставалось мало, и она стекала тонкой струйкой. Это напоминало... нет, нет, нет, она не будет вспоминать, кровавые картинки все же пронеслись перед глазами, вызывая фантомную боль. Она пошатнулась и прикрыла глаза руками. Отдышалась. Хорошо, что Вайрэ в отключке, ещё бы его эмоции она не выдержала. Надо помочь. Она опустилась рядом с сосредоточенным Айнарэ, направляя энергию ему в руки.
- Майлз, не отходи от нас, сообщай, если что-то почувствуешь.

оОо

Айнарэ позволил себе вздохнуть только тогда, когда под пальцами отчетливо застучало сердце. Раны на теле брата затянулись, кровопотеря ему больше не грозила, но остальное... Даже с помощью Майлза и Гвендолин - не исправить. Все, что можно было сделать магией, Айнарэ сделал. Теперь бы дотащить до больницы: там перельют нормальную живую кровь, там смогут нивелировать последствия жесточайшего магического шока, там целая реанимация со специалистами!..
- Все, Майлз, отпускай.
Парень, кажется, только и ждал приказа - он покачнулся и тут же завалился на бок в глубоком обмороке: выложился и выдохся.
- Вот только этого еще не хватало! Мало мне брата-придурка, так теперь еще и... - Айнарэ на мгновение задумался, прикидывая степень родства, и озвучил самое подходящее: - ...Еще и племянник-самоубийца нарисовался, хрен сотрешь! Гвендолин, придержи его, пол холодный, а я сейчас...
С трудом встав (ноги не держали совершенно) и цепляясь за стены, побрел в сторону раскрытых коробок. Там, кажется, было какое-то тряпье...
Под ногой что-то звякнуло. Айнарэ подхватил из лужи крови знакомую подвеску - видимо, маньяк сорвал ее с Вайрэ, сообразив, что это не просто украшение. Ничего, медальон и без хозяина сослужит свою службу, достаточно активировать на нем поисковый полицейский маячок - теперь там, наверху, точно будут знать, где искать пострадавших.
Взгляд невольно скользнул вдоль мраморного саркофага. От обилия крови вокруг замутило даже привычного ко всему врача, а уж от содержимого труп-пакета, брошенного рядом, поплохело окончательно. Одежда Вайрэ была разодрана буквально в лоскуты, и не оставалось никаких сомнений, что срезали ее прямо с тела. И вот эти черные кружевные чулки. И корсет. Особенно корсет.
- Ах ты, сука... - на грани слышимости выдохнул Айнарэ, бледнея как полотно. К пыткам он еще был как-то готов. Но к изнасилованию... Его затрясло. - ДА БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ, ПОРОЖДЕНИЕ ЦЕРЕБРАЛЬНОГО АБОРТА!!!
От собственного крика зазвенело в ушах. Айнарэ неимоверным усилием воли взял себя в руки, схватил первые попавшиеся тряпки из открытого ларца, и смастерил из них импровизированный матрас с подушкой. Не бог весть, какая защита от ледяного пола, но лучше, чем эти каменные плиты.
И только когда Вайрэ был устроен с относительным комфортом и укрыт, Айнарэ вспомнил о реальности:
- Проклятье... а где все наши?

оОо

Нина мрачно макнула в кровь носовой платок, завалявшийся в кармане: вряд ли это что-то даст, сомнительно, чтобы чародей из Баддар Аг пришел в Город по легальным каналам и его данные были в полицейской базе, но пусть будет. Надо бы вернуться к своим.
Вернуться не вышло - проход завалило. Чертова тряска. Нина передернулась, представляя, что бы было, если бы завалило ее - умирала бы под завалами она очень долго, и возможно по частям. Ладно, раз вернуться не получается, значит надо лезть наверх.
Вылезла она довольно удачно - прямо на полицейский патруль. Те сначала попытались ее сцапать, но опознав в ней ту самую даму из группы охотников за Потрошителем, тут же стали очень любезными и попросили дать показания.
Нина со вкусом выложила все, что было: Потрошитель устроил базу в подземельях, поймал Вайрэ, пытал, нет, подробностей не знаю, сразу побежала за Потрошителем, увы не догнала, зато знаю, кто он такой. Нет, конкретную личность не знаю, но на ваши радары не попадался ли кто-то из Баддар Аг вот с этим генокодом?
Потом ее даже подбросили до больницы проверить на повреждения после взрыва, обрушения сводов и возможные последствия сырой магии из сожженной крови. Нина терпеливо вынесла все медицинские манипуляции, выклянила пакет донорской крови для поправки сил и направилась в живой корпус - всех остальных отправили туда.
Заметив праздно сидящую под дверью палаты Гвендолин, Нина помахала рукой и плюхнулась рядом с девушкой.
-Что там у вас произошло, расскажи? Как Вайрэ? А остальные?

оОо

Гвендолин сидела в больничном коридоре, пытаясь собрать мысли в кучу. После такого рандеву они все никак не хотели успокоиться, а сущность жаждала чужой крови, воображая картины расправы над персоналом больницы. Ну а больше всего Попрыгунчик мечтал продолжить преследование, загон жертвы, захватывающую погоню на перегонки с пулей, подсаживая Гвендолин на азарт и адреналин. Девушка зажмурилась и потерла виски. Надо успокоиться. Неожиданно перед ней возникла Нина. Её невозможно было с кем либо перепутать, и Гвендолин почувствовала облегчение.
-Что там у вас произошло, расскажи? Как Вайрэ?
Гвендолин слегка пожала ей руку и покачала головой.
- Жить будет, но последствия скорее всего тоже будут. Хотя у него и магический шок пока, магия поможет ему намного больше чем обычная медицина. Ну а что касается наших злоключений...
Она рассказала все что произошло. Про то как Айнарэ подскочил к брату и оказывал тому первую помощь. Как вслед за этим в обморок грохнулся Майлз и пришлось заняться им тоже. А потом начался сущий ад. Из всех щелей полезли неведомые твари, состоящие исключительно из смертоносных зубов, когтей и разъедающих камни слюней.
- Но ты их, наверно, тоже видела, - невесело ухмыльнулась она.
Им пришлось мгновенно соорудить двойные носилки и возгрузить на них Майлза и Вайрэ. А потом была гонка по бесконечным закоулкам и тоннелям. Не на жизнь, а на смерть, как бы это не было избито, но реально.
- Но нам очень повезло, мы наткнулись на подземцев. А они помогли нам отбиться, завалили проход, и мы оказались в кое-какой безопасности. С ними оказался Эсти - видимо, твари тоже помешали ему вернуться на поверхность.
Их отряд оценил состояние раненного и решил сопроводить компанию до выхода на поверхность. Эсти пытался найти хоть какой-нибудь свободной от тварей проход, они достаточно наплутали и в итоге выбрались в какую-то дыру. Но у Эсти был маячок, по нему их довольно быстро нашли.
- Вот так мы оказались тут. Майлзу ничего не угрожает, просто шок от пережитого наложился на магическое истощение. А ты сумела покусать маньяка?

оОо

В палате реанимации было по-больничному тихо. И так же по-больничному светло, но - впервые в жизни - крайне неуютно. Вероятно, потому, что на койке в этот раз лежал не обычный пациент, а собственный брат.
К процессу вытаскивания родственников с того света медиков старались не подпускать: даже самый заслуженный специалист начинал нервничать и совершать ошибки, а ошибок медицина не прощает. Поэтому Айнарэ сначала вежливо отволокли в сторонку, а потом затребовали образец крови на анализ - переливание все-таки потребовалось.
- Ну? - устало спросил Айнарэ, когда из него выкачали, наверное, все пять литров.
- Жить будет.
- А конкретнее?
- Состояние стабильно тяжелое, - попытался выкрутиться врач, но под скептическим взглядом коллеги осекся. Вздохнул, устало присел рядом, и внимательно посмотрел на эльфа: - Физические повреждения мы убрали. Не останется ни шрамов, ни отсроченных последствий, ни прочих... неприятностей. А вот как скажется магический шок - не знаю.
- Прогноз?
- Условно-благоприятный, - врач нахмурился. - Выжить - выживет, но... Ладно, давай начистоту, раз уж коллеги. У парня может поехать крыша от пережитого, или в психоз, или в депрессию, или в фобии - непредсказуемо. Может развиться - за неимением другого термина - аллергия на целительскую магию. С той же степенью вероятности - может и гиперкомпенсация...
- У него в анамнезе уже был серьезный магический шок, - сообщил Айнарэ. Врач от души выругался.
- Насколько серьезный?
- Побывал в эпицентре взрыва одного очень мощного и очень древнего артефакта.
- Это меняет дело, - врач вздохнул и нервно покосился на пациента. - Или выдержит без последствий, или последствия огребет масштабные. Или-или, как повезет.
- Лишь бы обошлось! - искренне пожелал Айнарэ. - У вас тут есть... литература?
- А именно?
- Что-нибудь по реабилитации жертв... м-м-м... насилия.
- Будет, - коротко кивнул моментально посерьезневший врач. И деликатно испарился вон, оставляя пострадавших в напряженной тишине.
Потянулись тяжелые часы ожидания.

оОо

-О, я так и знала, что этот скользкий тип выкрутится! - обрадовалась Нина, не уточняя, кого имеет в виду: Вайрэ или Эсти. - А вот насчет маньяка... Короче, все грустно. Он из Баддар Аг, слышала про них? Такой зверь и сам нас сожрет и не подавится, особенно, если менталист. Эхх.
Она замолчала и проводила взглядом прошедшую по коридору фигуристую медсестричку. Лица она разглядеть не успела, но короткие блестящие черные волосы, стройные ножки и отменная задница вселяли надежду, что и с фасадной стороны девочка будет сладенькой. Она сверилась с бумагами и нырнула в палату, где, как сказала Гвендолин, лежал Майлз. Внутри шевельнлось неясное, но явно нехорошее предчувствие.

оОо

Майлз очнулся посреди ночи неизвестно где. Сквозь серый туман лунного свечения проглядывались очертания больничной палаты. Где-то над ухом пищало медицинское оборудование, кожу на сгибе локтястянуло пластырем, придерживающим канюлю капельницы. Вскоре ночной мрак отступил и проморгавшийся Майлз смог четко рассмотреть интерьер палаты в искаженных ночным освещением цветах. Окно оказалось занавешено, помещение почти полностью погрузилось в темноту, потому даже его глаз мало что различал.
На грани слуха Майлз уловил какое-то движение. Медсестра в белом халате и форменном чепчике почти бесшумно проскользнула в дверь, за ней следовала маленькая тень на четырех лапах. Майлз сразу понял, что это не персонал. В отделениях для "дневных" существ ночью все спали. Только в случае чрезвычайных ситуаций, когда на кону стояла чья-то жизнь или здоровье, персонал оказывал помощь после отбоя.
- Что за бестолковая. Не будь ты источником энергии, уже бы придушил собственными руками. - Медсестра недовольно зашипела на свою спутницу, а потом пнула ногой, подгоняя. Майлз услышал болезненный кошачий визг и узнал его, он принадлежал Пуппи.
- Пуппи, это ты?
Майлз напрягся, всматриваясь в силуэт. И точно, это была она. Светло-серая вислоухая кошка с черным пигментным пятном на носу. Более того, Пуппи отреагировала на свое имя.
- Твою мать... А ну убирайся, живо! - Женщина в халате закричала на Пуппи, а затем пнула снова уже в сторону двери. У Майлза сердце ушло в пятки. Он никогда не смел даже отшлепать Пуппи за испорченную мебель, а эта уродина ее била ногой.
- Не трогай ее!
Майлз сам не понял как именно он оказался рядом с Пуппи, подхватил ее и закрыл руками. Ему было все равно зомби она, нечисть или что еще. Это была его кошка, живая, чувствующая боль, остальное не имело значения. Он должен был защитить ее. К тому же, сейчас он смог увидеть, что в немом удивлении перед ним стояла не медсестра. Это был тот человек, что взорвал его дом и исчез в портале вместе с Пуппи. Высокий мужчина с каре, смуглой кожей и египетскими чертами лица. Наверняка он был убийцей, что охотился на семью Майлза.
- Значит, с мешком не получится, да? Ну, не серчай, придется достать связывающие чары... А ну-ка, отдай мне мою слугу... - Мужчина рывком выкинул руку и схватил Пуппи за шкирку, чтобы отобрать у Майлза.
А дальше все было похоже на вспышку. Или взрыв. Здание тряхнуло как от землетрясения. С подоконника на пол палаты упало несколько горшков с целебными растениями, которые очищали воздух и вместе с кислородом насыщали среду полезными элементами. Безобидный эльфийский вьюнок вдруг разросся, его стебель утолщился в несколько раз, завиваясь и отращивая лианы, а потом стремительно пополз к Потрошителю. Корни фикуса превратились в устращающие острые когти. Все растения в палате словно заразились бешенством и стремились поскорее обвить Потрошителя, обездвижить, проколоть в его теле как можно больше дыр. Майлз не знал, что происходит, не мог контролировать ситуацию, но он понимал, чего хочет - чтобы этот ужасный человек ощутил такую боль, которой в его жизни еще не было. Чтобы все страдания родителей Майлза, его родственников, Пуппи, просто невинных людей вернулись к Потролителю с торицей. Чтобы он ощутил боль и страх каждого, кого замучал. Майлз хотел этого настолько сильно, что ему вдруг показалось будто одного желания хватит для возмездия. Он раз за разом возвращался к этой мысли, проклинал Потрошителя. Он смотрел на этого человека и понимал, что именно этот гад убил его родителей и причинил множество страданий другим людям. И Пуппи. Такой просто не заслужил оставаться в живых.
- О Боги...нет...не надо... я не хочу...
Потрошитель, оказавшийся в плену буйной растительности, вдруг закричал. Его глаза затянуло какой-то мутной плюнкой, ноги подкосились, а изо рта пошла пена. Он сжался на полу в позе эмбриона, жалобно завывая и при этом изворачиваясь. Казалось, что он пытается освободиться от чего-то еще кроме обвивших его ноги лиан. Наконец с диким ором он вскочил на ноги и, спотыкаясь, морщась от боли, побежал к окну.

оОо

Гвендолин проводила внутренним взглядом странную медсестричку, но что же именно её смутило понять не могла. Видимо, она не одна заинтересовалась ею, Нина проследовала за ней. Девушка постепенно расслаблялась все больше и сползала с кресла вниз. Замерев на самом краешке сидения, она принялась гипнотизировать минутную стрелку висящих на противоположной стенке часов. Было около половины третьего. Скоро "ведьмин час", время, когда магия становится сильнее и необузданной. Надо проверить артефакты. Не все, это все таки больница, часть пришлось оставить внизу. Лунный сознания, здоровье солнечного света, трансформатор материи, парочка гравитационных ловушек, "цеплялки" на ботинках, чтобы не присосало к ловушке, несколько щитов разных уровней, карта, в которую надо добавить подземелья, амулет связи... тут случился прокол. Надо как-то добавить в амулеты маячок, но чтобы он не фонил. Вайрэ помогло то, что сам по себе такой амулет имеет мало чар и малозаметен, но если добавить ещё немного, то критическая масса будет превышена. Хотя эльфийский гламур тоже сыграл свою роль. Но только на него рассчитывать нельзя. В конце коридора послышались крики и мат. Гвендолин вскочила и заорать уже захотелось ей.
- Что это за хуйня?!
Совсем недавно рядом стояла кадка с ничем не угрожающим мирным фикусом, таким привычным для больниц всех миров. Но сейчас горшок разбили мощные корни, поползли хищные побеги с шипами, а листья скрутились в ужасающие пасти. Одна из пастей оскалилась и затрещала на Гвен. Бля, этому было только несколько объяснений и ни одно из них ей не нравилось. В любом случае стоит проверить Майлза. Она спалила мерзкое отродье огненным знаком и побежала в палату, перепрыгивая через корни и лианы.

оОо

...Волна магии прокатилась по улице, заставив моргнуть фонари.
- Пошевеливайтесь, ублюдки! - рявкнула Йаванна, лихо перескакивая с крыши на крышу. За ней неслись все, кого она только смогла поднять под ружье в Квартале - всего с десяток сородичей, и те свои. - К бою, живо!
Они все равно не успевали. Помянув добрым словом собственных сыновей (старшего - за то, что так позорно подставил под удар спину, младшего - за нерасторопность в важных донесениях), Йаванна сиганула вниз на улицу. Больничная территория и ночью хорошо освещалась, поэтому даже издалека была видна фигура, выпрыгнувшая из окна.
- На поражение!
У ног беглеца земля вздыбилась от пуль пыльными фонтанчиками, но тот, словно не замечая, припустил прочь.
- По готовности, балрога вам под юбку через жопу об колено! - еще один залп. - Медведь, блядь, в цирке, блядь, одноколесном, блядь, ездит, а тут долбоебы-ветераны прицелиться нормально не могут?!..
- Уходит!
- За ним нахуй на максимальной скорости!.. Веерной фалангой! - только луженая глотка опытного командира позволяла орать приказы, бежать, перезаряжать на ходу оружие и не задыхаться одновременно. - И не дрочить, девочки!
"Девочки", бывшие бойцы диверсионного отряда, с самыми серьезными рожами растворились в тенях Города. Преступник был хорош - успевал через плечо огрызаться магией, петлял и умудрялся отращивать себе лишние конечности. Но что он мог противопоставить разъяренной матери?..
- Фланги, на перехват! Остальные - за мной!
***
Айнарэ застыл буквально на мгновение, решая, оставаться ли рядом с братом или лететь на выручку к палате Майлза. И, чертыхнувшись, выскочил из реанимации - как бы то ни было, а жизнь ребенка важнее.
Даже если этот ребенок умудрился натравить на... нападавшего? Ох, ты ж... больничные фикусы. И хорошо так натравить, вон как в окошко вылетел!.. Ну, и поделом, не до него сейчас.
Прорвавшись через коридор, в котором сейчас царил форменный ад, Айнарэ чуть не отхватил кактусом в лоб, но чудом увернулся. Посреди разгромленной палаты стоял сам Майлз, прижимая к груди серую кошку, - на первый взгляд вроде невредимый, но...
Глаза горели зеленым огнем. Вокруг кружилось характерное для взбешенных магов марево, обжигая и пугая одновременно. Заострились черты лица, заострились уши, костяшки пальцев побелели - не ровен час и пойдет убивать.
- Майлз! - Айнарэ не рискнул подходить близко, только поднял руки, показывая, что безоружен. - Все хорошо. Этот гад сбежал. Успокойся пожалуйста... Успокойся, прошу! Всех же перебьешь! Слышишь?.. Да больница нам на головы сейчас сложится, идиот ты эдакий!!!
***
- Пиздец, блядь, - емко высказалась Йаванна, когда погоня закончилась ничем. Преступник домчался до Горы, скользнул внутрь, попетлял по подземным залам... А потом обернулся, показал "фак" и скрылся во вспышке портала, оставляя разъяренных эльфов наедине друг с другом. - Элита, блядь. То-то мы Гванадел просрали, с такими-то защитничками!
- Командир...
- Когда командир воспитывает вверенный ему личный состав, то личный состав должен внимать пристально и с должным усердием! - рявкнула Йаванна на своего бойца. - А еще - по уставу, молча!
- Командир! Там пленные.
- Тебе отдельный приказ нужен? Харэ писю лимонить, она от этого больше не станет! - Йаванна сплюнула, но честно проследовала за бойцом в какую-то хитрую каморку с клетками. И, приглядевшись, хмыкнула: - Ба, кого я вижу! Ну, привет, покойнички, вы у нас буйные или за галоперидолом сбегать?
- Мы живые, - хрипло сообщил пленный эльф с очень характерно предосудительной рожей - сразу видно, что из лесных. - Здоров, коли не шутишь.
- И тебе не хворать.
- Зараза к заразе не пристает. Лучше скажи мне, Йаванна, хоть кто-нибудь из вас догадался за моим сыном присмотреть?!.. Как там Майлз?
- Сначала галоперидолу. А вот потом поговорим серьезно. ОЧЕНЬ серьезно...

оОо

-Какого?! - когда фикус рядом с твоим стулом оживает и пытается откусить тебе руку, что-то еще сказать сложно.
Вечер перестал быть томным - из палаты Майза сначала донесся крик, а потом дверь с диким грохотом вылетела.
Нина рванула в палату и успела увидеть, как вылетает в окною та самая медсестричка - уже далеко не такая симпатичное - ее лицо плыло и текло прямо на глазах, как и тело. - Что тут вообще происходит?!
Остальная растительность в палате, упустив свою жертву мигом накинулась на саму Нину.
-Айййй!!! - Нина пнула ближайший фикус, увернулась от захвата какой-то жуткой дряни, которая раньше была обыкновенным папоротником и смогла таки выскочить наружу. - Я убью этого мелкого обормота!!!
То, что она упустила таинственную сестричку было ясно как день.

оОо

Больничная палата превратилась во взбесившуюся теплицу. Мощные толстые корни застлали пол, разрушили паркет и впились в каркас, по стенам ползли гикие тонкие стебли, а иные уже начали врастать в перекрытия, с пололка свисали лианы с ядовитыми цветами и покрытыми колючками листьями. Кое-где из бывших фикусов росли хищные растения-паразиты, что выжидающе раскрыли лепестки, обнажив тонкие острые псевдоклыки, в иных местах пестрели цветы с удушающей пыльцой. Воздух начал окрашиваться в кислотные тона от обилия испарений и пыльцы. В эпицентре хищного оазиса стоял Майлз. Растения вились вокруг него подобно змеям, но не нападали, а защищали. Сам Майлз выглядел еще хуже, чем окружавшая его флора. Кожа осыпалась как старая штукатурка, а под ней проступала истинная личина - более бледная, острая, уже неотличимая от лесных предков. Фигура полукровки тонула в бледном желтом свечении. Его волосы растрепались и парили в воздухе как под сильным электрическим напряжением. Лицо тоже изменилось, стало выразительнее и на нем отчетливо читалось единственное желание - убивать.
- Майлз! - Айнарэ не рискнул подходить близко, только поднял руки, показывая, что безоружен. - Все хорошо. Этот гад сбежал. Успокойся пожалуйста... Успокойся, прошу! Всех же перебьешь! Слышишь?.. Да больница нам на головы сейчас сложится, идиот ты эдакий!!!
Слова Айнарэ доносились искаженными и приглушенными, как сквозь несколько слоев ваты. Майлз с трудом разобрал слова. Одна из смертоносных лиан дернулась и в последнюю секуну застыла в нескольких миллиметрах от лица эльфа-медика. Растительность начала стремительно увядать, засыхать и ошметками осыпаться на пол. Сам Майлз уже не стал прежним, он вообще не заметил никаких перемен, а зеркала в палате не оказалось. Только глаза потускнели, лишь едва заметно отсвечивая в темноте, а волосы ровной волной легли на спину и плечи. Он даже не заметил разрухи вокруг.
- Пуппи?
Кошка тихо мяукнула и ткнулась мордой в грудь хозяина. Она всегда прятала морду в одежде Майлза, когда тот брал ее на руки. Пуппи была теплой, бока раздавались от дыхания. Значит, не мертвая. Каким-то образом Майлз знал, что Пуппи вернулась к нему. Это больше не то существо, которое потусторонним голосом выло "Мозги-и-и"и с выпущенными когтями бросалось ему в лицо. На руках он держал свою кошку. Майлз всхлипнул. От счастья. А потом, наконец, заметил Айнарэ.

- Зараза к заразе не пристает. Лучше скажи мне, Йаванна, хоть кто-нибудь из вас догадался за моим сыном присмотреть?!.. Как там Майлз?
- Сначала галоперидолу. А вот потом поговорим серьезно. ОЧЕНЬ серьезно...
- Я тебе обеспечу галоперидол. Буйных эльфиек только так лечат. Но сейчас нет времени на разговоры. Хозяйка этого места скоро вернется. Я лишь ненадолго смог обмануть ее.
- Хозяйка?.. Что?
-Открывай клетку живо, вот что! Или письку лимонить - это общая проблема всего отряда?
Йаванна могла лишь подавиться воздухом от возмущения и приказать подчиненным освободить плеников. С семьей Ардавар она познакомилась еще во времена Средиземной войны, когда рука об руку сражалась с матерью Малагнара за родные земли. О лесных эльфах толком никто ничего не знал, кроме того, что те не хуже трикстеров обманывают, юлят и зло шутят над жертвами, но в той войне они показали себя устрашающими воинами. Враги не успевали испугаться как уже оказывались мертвы. Глядя на искусство боя лесных эльфов Йаванна поняла почему десяток измерений тысячу лет назад боялся темных как чумы. И еще она поняла, что в критической ситуации этот "малый народец" не шутит. Раз Малагнар говорил, что где-то рядом затаилась смертельная опасность, то так оно и есть. К тому же, Малагнар защищал свою жену, Энель, тут не до розыгрышей.
Два часа отряд петлял по мрачному измерению. Оно состояло из темноты и каменных кирпичей. Нескончаемое количество коридоров, тоннелей, тупиков, комнат и ловушек, погрязших во тьме. Локации материализовались ниоткуда и все, что можно было разглядеть - это влажный каменный пол под ногами, который отражал свет магических светильников. Йаванне, ее парням и спасенным пленникам приходилось продвигаться наощупь. Не обошлось без потерь - трое эльфов пропали бесследно. В одну секунду они шли где-то среди товарищей, а потом кто-то вдруг замечал недостачу.
- Постойте. Вы слышите? - Малагнар прислушался и прижал Энель к себе покрепче. Женщина не обладала никакими эльфийскими талантами, потому могла лишь полагаться на своего мужа. - За нами кто-то идет. Это она...
Вряд ли кто-то еще способен был услышать паучьи "шаги". Но в родных лесах Малагнар не раз сражался с арахнидами, он знал как звучит стук этих мерзких лапок.
- Бегите! Сейчас!
Последние слова Малагнара перекрыл высокий злобный писк. Отряд без раздумий пустился в бегство. И каким-то неведомым чудом именно в этот момент "экспедиция" всем составом повалилась на траву. Обычную такую траву на территории Медицинской Академии. Там, где ранее исчез в портале преступник-метаморф.
- Перекличка! - Скомандовала Йаванна. К счастью, больше потерь не было. Все, кто выжили в теневом измерении, смогли вернуться.


Часть третья

@темы: Ролевка, Мэри Сьи